«Жгучее беспокойство, которое испытывал Николай Алексеевич Некрасов, думая о судьбе крестьянской женщины, сказалось и в поэме «Кому на Руси жить хорошо». Всем известно, что образ русской женщины воспевается поэтом во многих произведениях. На судьбе Матрены Тимофеевны Некрасовым показана типичная биография крестьянки.
Жизни этой женщины посвящены многие отдельные эпизоды поэмы, а также в целом вся вторая часть произведения. Радостной была ее жизнь только в раннем детстве и то потому, что ей «счастье в девках выпало»: у Матрены Тимофеевны была «хорошая, непьющая семья», но даже в этой заботливой, ласковой семье ей пришлось начать трудиться «по пятому годику», так как испытывали глубокую нужду. Тяжелый труд, однако, не сломил ее:
И добрая работница,
И петь-плясать охотница
Я смолоду была… -
так говорит о себе героиня.
В соответствии с народным представлением о женской красоте Некрасов любовно рисует портрет труженицы-крестьянки:
Матрена Тимофеевна
Осанистая женщина
Широкая и плотная,
Лет тридцати восьми
Красива; волос с проседью,
Глаза большие, строгие,
Ресницы богатейшие,
Сурова и смугла.
Тем не менее, счастья на ее долю выпало мало. Выйдя замуж, она «попала с девичьей воли в ад». Начались постоянные издевательства мужниной родни, бесчисленные побои, непосильный каторжный труд, но самым большим несчастьем для героини произведения была смерть любимого ребенка. Очень рано Матрена Тимофеевна стала вдовой, поэтому постоянная нужда стала ощущаться еще острее. «Во мне, - говорит она, - нет косточки не ломаной, нет жилочки не тянутой… ». Вот так безрадостно сложилась жизнь этой прекрасной женщины. «Многокручинной», «многострадальной» женщине-крестьянке нет счастья на Руси – к такому выводу приходит Некрасов. Ор том же говорит странникам и сама Матрена Тимофеевна: «Не дело – между бабами счастливую искать».
Но мучительная, полная лишений и страданий жизнь не принизила характера крестьянки, не превратила ее в бессловесную, покорную рабыню. Бунтарский дух Савелия остался жить в ее сердце, недаром Матрена Тимофеевна жена внука этого свободолюбивого старца. Рассказ женщины о Савелии - свидетельство того, что она помнит его, сочувствует ему. Матрене Тимофеевне даже кажется, что памятник народному герою Ивану Сусанину напоминает Савелия:
Стоит из меди кованый,
Точь-в-точь Савелий дедушка,
Мужик на площади.
Итак, эта женщина верна бунтарскому духу. «Я потупленную голову, Сердце гневное ношу!...» - говорит многострадальная мать. Не покорность судьбе, не тупое терпение, а боль и гнев выражены в словах, которыми она заканчивает рассказ о своей жизни: «По мне обиды смертные прошли не отплаченные…». Это свидетельство того, что в душе крестьянки все более зреет протест, негодование. По мнению автора, святой гнев – залог грядущего счастья русской женщины, в душе которой таятся сокровища добра, любви, верности, ума и благородства. Вот почему, как ни велика скорбь Некрасова, когда он думает о бесправной жизни придавленной горем русской крестьянкой крестьянки, он твердо верит в ее будущее.
Однако Некрасов до конца верен исторической правде. Несмотря на то, что гнев крестьянки копится, в ее сознание сохранилась и привычная вера в заступничество божьей матери, в силу молитвы. И все же мы видим, что спасает Матрену Тимофеевну ее собственная душевная сила, воля к жизни. Не зная, как добиться правды, она готова дойти до царя, обращается с жалобой на старосту к губернатору. Героиня не склоняет головы и перед грозными начальниками, перед которыми «крестьяне надрожалися». Несчастная мать говорит от лица всего народа:
В груди у них нет ни душеньки,
В глазах у них нет совести,
На шее – нет креста.
Образ Матрены Тимофеевны весь как бы соткан из народной поэзии. Надо отметить, что вторая часть поэмы – «Крестьянка» построена почти целиком на материале народного творчества. Лирические и свадебные песни, причитания издавна рассказывали о жизни крестьянки, и Некрасов черпал из этого источника, создавая образ своей любимой героини. Почти без изменения вошли в поэму песни: «Мой постылый муж подымается», «Снится мне, младонькой, дремлется». Также на основе народных песен были созданы обращения девушки-невесты к жениху: «Ты стань-ка, добрый молодец, против меня прямехонько», и плач матери по выдаваемой замуж дочери: «Чужая-то сторонушка не сахаром посыпана, не медом полита». Особым трагизмом проникнут скорбный плач матери по умершему ребенку: «Ой, плотнички-работнички! Какой вы дом построили сыночку моему?» В этих песнях воплотились горе, муки и ненависть народа.
Рассказ о крестьянке Корчагиной приводит нас к мысли6 если и в женщине, самом обездоленном и забитом существен, зреет душевная гроза, значит, близки перемены. Вера в народ, в его пробуждение выражена в словах поэта, ставших крылатыми:
В рабстве спасенное
Сердце свободное –
Золото, золото
Сердце народное!