Хотя понятие жанра непрерывно изменяется и усложняется, под жанром можно понимать исторически складывающийся тип литературного произведения, которому присущи определенные черты. Уже по этим чертам нам во многом становится ясна основ-ная мысль произведения, и мы примерно угадываем его содержа-ние: от определения мы ждем описания жизни героев от начала до конца, от комедии - динамичного действия и необычной развязки; лирическое стихотворение должно погружать нас в глу-бину чувств и переживаний. Но когда эти черты, присущие разным жанрам, смешиваются между собой, создают своеобразное неповто-римое сочетание - такое произведение поначалу приводит читате-ля в недоумение.Так, недоуменно было встречено и одно из величайших, но в то же время и загадочных произведений 19 века - поэма Гоголя . Жанровое определение , под которой тогда однозначно понималось лиро-эпическое произведение, напи-санное в стихотворной форме и романтическое по преимуществу, принималось современниками Гоголя по-разному. Одни нашли его издевательским. Реакционная критика просто глумилась над автор-ским определением жанра произведения.Но мнения разошлись, и другие усмотрели в этом определении скрытую иронию. Шевырев писал, что . Но разве только лишь из-за одной иронии Го-голь на титульном листе крупно изобразил слово ? Безусловно, такое решение Гоголя имело более глубокий смысл.Но почему же именно этот жанр Гоголь избрал для воплощения своих идей? Неужели поэма настолько вместительна, чтобы дать простор всем мыслям и духовным переживаниям Гоголя? Ведь воплотили в себе и иронию, и художественную проповедь. Безусловно, в этом-то и состоит мастерство Гоголя. Он сумел перемешать черты, присущие разным жанрам, и гармоничо соединить их под одним жанровым определением . Что же нового внес Гоголь? Какие из черт поэмы, корни которой уходят в античность, он оставил для раскрытия своего творческого змысла?Прежде всего нам вспоминаются и Гомера.На этой основе развернулась полемика между Белинским и К. Аксаковым, который считал, что написаны точно по образцу и . , - писал К. Аксаков. Действительно, черты сходства с гомеровской поэмой очевидны, они играют большую роль в определении жанра и раскрытии замысла автора. Уже начиная с заглавия, аналогия со странствиями Одиссея очевидна. На яростные протесты цензуры против такого несколько странного названия - - Гоголь ответил, прибавив к главному названию еще од-но - . Но похождения, путешествия, странствия Одиссея и описал великий Гомер. Одной из самых ярких аналогий с поэмой Гомера является появление Чичикова у Коробочки. Если Чичиков - Одиссей, странствующий по свету, то Коробочка предстает перед нами, пусть в таком необычном виде, нимфой Калипсо или волшебницей Цирцеей: Такими словами приветствует Коробочка Чичикова, и так, только превратив их в настоящих свиней, встречает спутников Одиссея Цирцея. Пробыв у Коробочки около суток, Чичиков сам превращается в борова, поглощая пироги и прочие яства. Надо за-метить, что Коробочка (кстати, единственная женщина среди поме-щиков) проживала в своем отдаленном поместье, напоминающем заброшеннная женщина среди поме-щиков) проживала в своем отдаленном поместье, напоминающем заброшенный остров Калипсо, и продержала Чичикова у себя доль-ше всех помещиков. У Коробочки приоткрывается тайна шкатулоч-ки Чичикова. Некоторые исследователи полагают, что это жена Чи-чикова. В этом ярко проявляется мистицизм и загадочность гого-левского произведения, оно отчасти начинает напоминать лиричес-кую поэму с волнующим мистическим сюжетом. Заглавие и черепа, нарисованные самим Гоголем на титульном листе, только подтверждают эту мысль. Другим упоминанием о гомеровской поэме может служить образ Собакевича. Стоит лишь взглянуть на него, и мы узнаем в нем циклопа Полифема - мощ-ного, грозного великана, обитающего в таких же огромных берло-гах. Дом Собакевича вовсе не отличается красотой и изяществом, а про такое здание мы говорим - циклопическое сооружение, имея в виду его форму и полное отсутствие какой-либо логики в постро-ении. Да и сам Собакевич противоречив: его - Феоду-лия Ивановна, тощая как жердь, является полной противополож-ностью своему мужу. Но не только в описаниях помещиков мы на-ходим сходство с гомеровской поэмой. Интересен также и эпизод на таможне, который является как бы продолжением хитрости Одис-сея. Перевозка кружев на баранах явно перенята у античного героя, который спас свою жизнь и жизни своих товарщей, подвязав людей под овец. Аналогии есть и в композиции - экспозиция о прошлых делах Чичикова дана в конце произведения, так же, как и Одиссей рассказывает Алкиною о своих бедствиях, уже находясь почти рядом с родной Итакой. Но в поэме этот факт является как бы вступлением, а сам рассказ составляет главную часть. Такой перестановке вступлений, заключений и главной части способству-ет и еще один интересный факт: и Одиссей и Чичиков путешеству-ют как бы не по своей воле - они оба постепенно затягиваются стихиями, которые управляют героями, как хотят. Внимание обра-щает на себя сходство этих стихий - в одном случае это грозная природа, в другом - порочная природа человека. Итак, мы видим, что композиция непосредственно связана с жанром поэмы, и гоме-ровские аналогии здесь имеют огромное значение. Они играют большую роль в жанровом определении и расширяют поэму до . На это прямо указывают необыч-ные композиционные приемы, позволяющие охватить значитель-ный отрезок времени, и вставные рассказы, усложняющие сюжет-ную линию произведения.Но говорить о прямом влиянии античного эпоса на гоголевскую поэму было бы неправильно. Начиная с древних времен многие жанры прошли сложную эволюцию. Думать, что в наше время воз-можен древний эпос - это так же нелепо, как и думать, чтоб в наше время человечество могло вновь сделаться ребенком, как писал Бе-линский, полемизируя с К. Аксаковым. Но поэма Гоголя, конечно, куда философичней, и некоторые критики находят влияние другого великого произведения, правда, уже эпохи средневековья - Данте. В самой композиции просматриваются некоторые черты сходства: во-первых, указывается на трехчастный принцип композиции произведения, и первый том , задуманных как трехтомник, являет собой, условно говоря, Ад дан-товской комедии.