композиция романа обломов

Н. А. Добролюбов в статье «Что такое обломовщина?» (1859) пишет о сюжете и композиции романа: «Он, если хотите, действительно растянут. В первой части Обломов лежит на диване: во второй ездит к Ильинским и влюбляется в Ольгу, а она в него; в третьей она видит, что ошибалась в Обломове, и они расходятся; в четвертой она выходит замуж за Штольца, а он женится на хозяйке того дома, где нанимает квартиру. Вот и все. Ни каких внешних событий, никаких препятствий (кроме разве разведения моста через Неву, прекратившего свидания Ольги с Обломовым), никаких посторонних обстоятельств не вмешивается в роман. Лень и апатия Обломова — единственная пружина действий во всей его истории».

Композиция романа в самом деле немного «рыхлая», За это писатель неоднократно подвергался критике. Роман неоднороден в композиционном отношении.

Начало романа, как мы видели, выдержано немного в гоголевском духе: изображается «галерея типов», все эти герои приходят один за другим к Обломову. У них в основном «говорящие» фамилии. У Обломова на все, что он слышит от них, однотипная реакция: их стремления кажутся ему «суетой», они все — «несчастными». Затем описывается положение героя на момент повествования: взаимоотношения с Захаром, дается экспозиция, воссоздающая более ранние этапы жизни Обломова, помогающая понять психологические истоки его теперешнего состояния. «Сон Обломова», опубликованный отдельно до завершения всего романа, обладает композиционной самостоятельностью и законченностью мысли. Содержание сна можно отнести и к нему лично, и ко всей старой дворянской России, символом которой является Обломовка. Этот сон занимает в идейном отношении, может быть, центральное место в романе, так как показывает, что стоит за понятием «обломовщина» — ключевым словом в романе.

Заканчивается первая часть появлением Штольца — это появление производит впечатление завязки.
Однако в действительности после этого ничего не меняется, развития действия не происходит. Такая композиция, полная «ложных ходов», соответствует содержанию романа: Обломов постоянно говорит и думает о том, как начать новую жизнь, и даже делает попытки в этом направлении, но они ни к чему не приводят. Любовная коллизия «Обломов — Ольга» включает несколько важных моментов, которые можно лишь условно назвать кульминационными: например, письмо Обломова и последующее объяснение с Ольгой (конец второй части), за которым следует еще несколько встреч и объяснений. Это своего рода растянутая кульминация, которую трудно даже назвать кульминацией - жизнь героев проходит в ожидании перемен, они считают себя женихом и невестой, в то время как уже произошла встреча Обломова с вдовой Пшеницыной и у него постепенно меняется настроение. Все еще думая, что хочет жениться на Ольге, Обломов чувствует, что инерция жизни побеждает, ему не хочется делать усилия, которых от него требует Ольга, да и тот образ жизни, который представляется ей идеалом, совсем не то, о чем мечталось самому Обломову («Все вспомнил, и тогдашний трепетсчастья, руку Ольги, ее страсчастья, руку Ольги, ее страстный поцелуй... и обмер: «Поблекло, отошло!» — раздалось внутри его»). Обратите внимание, как незаметно возникает тема Пшеницыной, как побочная тема в музыкальном произведении, — сначала тихо, но впоследствии она должна вытеснить главную тему: «Какая еще свежая, здоровая женщина и какая хозяйка! Право бы, замуж ей...» — говорил он сам себе и погружался в мысль... об Ольге.

Посещение Обломова Ольгой в VII главе выглядит как своего рода кульминационное объяснение, когда Обломов клянется в любви и в твердых намерениях быть вечно с Ольгой и начать новую жизнь («Пойдем отсюда! Вон! Вон! Я не могу ни минуты оставаться здесь; мне душно, гадко!.. Теперь я ожил, воскрес» и т. д.).
Наконец, очередная встреча с Ольгой в конце третьей части (глава XI) неожиданно оказывается развязкой их любовного конфликта: становится ясно, что они расстаются, но эта развязка не вызвана какими-то кульминационными событиями, она как бы медленно подготов:лена всем ходом обломовской жизни. Развязка эта, как и кульминация, выглядит рыхлой, растянутой. Обломов рассказывает Ольге о том, как «устроились» дела в имении (при помощи Тарантьева), и Ольга, все поняв, падает в обморок. Ее надежды на «новую жизнь» рушатся, и через полчаса ничего не подозревающий Обломов, уже повеселевший и полный новых «маниловских» планов переустройства дел, выслушивает ее «приговор»: « ..Я думала, что я оживлю тебя, что ты можешь еще жить для меня, — а ты уж давно умер».

Странно было бы представить себе, что причиной столь судьбоносного решения Ольги явилось сообщение, что в имение вместо Ильи Ильича едет Исай Фомич Затертый; вряд ли это событие можно считать кульминационным для любовного конфликта (именно г поэтому еще через полчаса Ольга снова делает попытку: «Спроси же строго у своей совести и скажи — я поверю тебе, я тебя знаю: станет ли тебя на всю жизнь? Будешь ли ты для меня тем, что мне нужно?.. Если ты скажешь смело и обдуманно да: я беру назад свое решение: вот моя рука и пойдем, куда хочешь...»). Поэтому мы подчеркиваем, что кульминация и развязка здесь выделяются условно, а настоящий конфликт — это конфликт глубинных жизненных установок, философий героев, и этот конфликт обнаруживается постепенно, не в одном разговоре, назревает и проступает все отчетливей, подчиняя себе перипетии чисто любовного конфликта.
Однако оказывается, что именно теперь наступает настоящее, поворотное изменение в жизни героя — сближение с вдовой Пшеницыной. Композиционно выглядит как новый сюжет, но начинается он исподволь, незаметно для самого героя. Две любовные истории, таким образом, перекрываются, накладываются одна на другую. Существенно, что любовная линия «Обломов — Пшеницына» рисуется совсем иными средствами, чем линия «Обломов — Ольга». Столь важные события в жизни героя, как союз с Агафьей Матвеевной, и даже рождение сына — не описываются так подробно и последовательно, как встречи и разговоры с Ольгой, — обо всех этих переменах читатель узнает уже постфактум. Тем не менее можно проследить развитие этой истории как отдельного сюжета.