Время Н. Некрасова – это 50-70-е годы XIX века. Главным в жизни русского общества этих лет был вопрос о народе. Поэтому центральное место в поэтическом мире Некрасова принадлежит образам, переживаниям, раздумьям, связанным с печалью поэта о народной судьбе, с его любовью к родной стороне. Эта особенность поэзии Некрасова определилась благодаря удивительной черте характера поэта – его умению относиться к людским страданиям, как к своим собственным, болеть за другого человека, если он несчастен. Восприимчивости к чужому горю сопутствовало у поэта чувство вины, ответственности за те беды, на которые был обречен народ. Впоследствии эту некрасовскую особенность назовут «совестливостью». Поэт был беспощаден к себе, к своим, может быть, мнимым слабостям.
Борение против зла силой поэтического слова казалась Некрасову малым по сравнению с настоящей революционной борьбой. Поэтому высшую дань уважения отдавал поэт людям, посвятившим жизнь такой борьбе. В связи с этим в творчестве Некрасова особое место занимают идеальные образы революционеров, прототипами которых были Белинский, Добролюбов и Чернышевский.
Так, написанное в 1874 году стихотворение «Пророк» Некрасов посвящает Н.Г. Чернышевскому. Сразу обращает на себя внимание название стихотворения. Традиционно в русской классической литературе это слово употребляется по отношению к поэту (вспомним хотя бы пушкинского «Пророка»). Некрасов по-своему нарушает эту традицию, признавая высшей ценностью жизни служение идеалом свободы, правды и справедливости.
Начинается стихотворение очень по-некрасовски. Мы как будто оказываемся свидетелями продолжения начавшегося ранее разговора, может быть, даже спора. Первое же возражение поэта подчеркивает сознательность выбора своего пути тем, кто «видит невозможность. Служить добру, не жертвуя собой». Тут же автор спешит объяснить, откуда у таких людей брались силы для этой жертвы:
Но любит он возвышенней и шире,
В его душе нет помыслов мирских.
Причем инверсия в первой строке придает особое звучание глаголу «любит», тем самым подчеркивая силу любви того, перед кем поэт готов преклониться. А соединяя несоединимое («смерть ему любезна»), автор, по сути, говорит об избранности подобных людей, о непохожести их на всех остальных.
Сила убежденности поэта в том, что он говорит, убежденности в своей правоте особенно ощутима в анафорически начинающихся строчках:
Не скажет он, что жизнь его нужна,
Не скажет он, что гибель бесполезна …
А многоточие в конце следующей строки («Его судьба давно ему ясна …») воспринимается явно неоднозначно. С одной стороны, эта наука могла быть вызвана желанием автора остановиться, чтобы мысленным взором, безусловно, не в первый раз окинуть пройденный «пророком» путь. С другой стороны, наука эта могла быть необходимой поэту для того, чтобы перевести дыхание, справиться с нахлынувшими на него чувствами в связи с неизбежностью этой участи.
Кстати, следует сказать, что самые революционные стихотворения Некрасова освещены христианской символикой. «Народный заступник» как бы уподобляется святому подвижнику, отрекшемуся от «мирских наслаждений» и жертвующему собой во имя спасения человечества. Образом распятого Христа завершается и стихотворение «Пророк», и здесь мы не можем не почувствовать едва сдерживаемую скорбь поэта. Причем это не только личные переживания автора, но и выражение чувств лучшей части современников, преклоняющихся перед человеком, считавшим, что «умереть возможно для других».
Содержание поэтической речи автора определяет приподнятость, возвышенность интонации. Прежде всего этому способствует высокая лексика: «жертвуя собой», «нет помыслов мирских», «гибель», «судьба», «покамест не распяли», «но час придет». Думается, не случайно в качестве стихотворного размера Некрасов предпочитает ямб. Это самый популярный размер в русском классическом стихосложении, а встречающиеся в каждой строке пропуски ударения придают поэтической речи характер серьезного раздумья.
Известно, что в свете возвышенного идеала революционера-борца собственный путь порой казался поэту исполненным ошибок и нравственных падений. Несмотря на то, что с Белинским, Добролюбовым, Чернышевским Некрасова связывала личная дружба, у него до конца жизни не затихало в душе чувство вины за то, что он не разделил их участи, не стал революционером в полном смысле этого слова. Вот и в рассмотренном стихотворении поэт возносит своего «пророка» к недосягаемым высотам, будучи уверен в том, что «Его послал бог Гнева и Печали Рабами земли наполнить о Христе».