Любое литературное произведение: стихи, проза, публицистика всегда рассматривается в контексте времени, ведь литература как вид искусства отражает ту или иную эпоху.
Когда я впервые прочитала стихотворение Н. Гумилева «Рыцарь счастья», то в первую очередь посмотрела на дату написания — 1917 год. Совсем не обязательно делать экскурс в историю и напоминать о событиях, которые происходили в то время. Мир в те дни, как никогда, был далек от совершенства. Социальные катаклизмы всегда выбивают почву из-под ног, а разрушение привычного уклада жизни, как правило, трагедия для человека. В 1917 году потрясение и разрушение старого мира велось «до основания», а что касается строительства нового, то с этим разрушитель, увы, пока не спешили, несмотря на обещание, данное «Интернационалом». Под угрозой оказались культурные ценности, создаваемые в течение многих веков, потому что именно на них обратился гнев толпы, давшей волю инстинкту разрушения. Стираются границы между добром и злом. Снижение культурного уровня автоматически ведет к потере нравственных ориентиров. Совсем не случайно одна из публицистических работ Д. Мережковского, написанных в то время, называлась «Грядущий хам». Название-предупреждение, мрачное пророчество.

На первый взгляд, само заглавие гумилевского стихотворения кажется несуразным. О каком таком счастье может идти речь, когда человек брошен в путину бедствий? Можно ли чувствовать себя счастливым в охваченной пламенем воин и революций стране? Однако, вчитываясь в строки этой своеобразной солнечной оды, начинаешь многое понимать. В первых строчках уже слышится вызов времени:

Скажи мне, кто жизнью не доволен,
Скажи, кто вздыхает глубоко…

Несмотря на вопросительную интонацию, вопросительных знаков в стихотворении нет. Скорее слышатся утверждение обращение к тем, кто впадает в тяжкий грех — уныние.
Гумилев убежден, что есть. Ему открывается красота мира, которой он хочет щедро поделиться с теми, кто смотрит на этот мир с безнадежностью:

Пусть он придет, я расскажу ему
Про девушку с зелеными глазами…

Очарование земного мира открывается только внимательному взору и чуткому уху, равно как и музыка небесных сфер. Если человек сможет проникнуться этой невидимой поверхностному взгляду гармонией, то он станет выше всякой суеты, и беснующаяся эпоха не омрачит его существования. Нечто похожее мы встречаем у современника Гумилева и его литературного собрата А.А. Блока:

Сотри случайные черты,
И ты увидишь: мир прекрасен!

Жизнь для поэта — это неизбежная борьба и победа, поэтому:

Сладко жить и сладко побеждать
Моря и девушек, врагов и слово.

Именно борьба и преодоление способны сделать жизнь прекрасной. На этом постулате основаны многие философские учения. В частности Ф. Ницше утверждал, что создание рая на земле, где царили бы покой и мир, привела бы к унынию и скуке.

Оптимизм — духовная сила личности, поэтому того, кто не сможет принять прекрасную веру в совершенство мира, будет жаловаться на мировую скорбь, Гумилеввызывызывает к барьеру.

И, наконец, нельзя оставить без внимания художественные особенности стихотворения «Рыцарь счастья». По большому счету, в нем нет особенных красот: увесистых эпитетов, ярких метафор, сравнений. Мажорный тон создает совершенно особенная поэтическая манера, где господствует повелительное наклонение глагола с повторяющейся частицей «пусть», а прекрасная рифма передает динамику стиха. Образность создается определенным настроем, который позволяет поверить в реальность, на первый взгляд, довольно странной картины.

Наверно, гармония создается именно соразмерностью больших и малых величин, сочетанием высокого и низкого, того, что Пушкин называл в своем «Пророке»:

И горний ангелов полет
И гад морских подводный ход,
И дольней лозы прозябанье.

А задача художников — быть посредником между небом и людьми.