В центре
каждого литературного произведения стоит
человек с его сложным внутренним миром.
Каждый писатель — по сути, психолог, задача
которого раскрыть душу человека, понять
мотивы поступков героя. Литературный
персонаж — это как бы макет, на котором
изучаются сложные человеческие
взаимоотношения. Писатель исследует своего
героя, оставляя при этом ему некоторую
свободу действий. Чтобы не “стеснить” ни в
чем своих героев,
в каждом произведении писателем
используется ряд психологических приемов,
позволяющих проникнуть во внутренний мир
героя. Выдающимся мастером в изучении
человеческой психологии является Ф. М.
Достоевский, и венцом его исследования души
человека можно
назвать роман “Преступление и наказание”.
Помимо традиционных способов
проникновения во внутренний мир героя —
портрет, пейзаж, речь, писатель использует и
совершенно новые приемы, тем самым оставляя
героя наедине с самим собой, с его совестью
и свободой действий. “Самый страстный и
крайний защитник свободы человека, какого
только знает история человеческой мысли”,
— говорит о Достоевском известный философ
Бердяев. Ф. М. Достоевский исследует
душевную свободу человека, и этот
исступленный психологизм писателя
проистекает, как мне кажется, из его
утверждения свободы и возможности
воскрешения человеческой души, “восстановления
погибшего человека”. Но чтобы увидеть душу
человеческую в развитии, необходимо
глубоко проникнуть в этот сложный и
непонятный мир.



Если
обратиться к опыту предшественников Ф. М.
Достоевского, можно выделить следующие
приемы, которые затем использует и сам Ф. М.
Достоевский. Это прежде всего портрет героя,
его речь, поступки, взаимохарактеристики
героев и прямые авторские характеристики.
Помогают проникнуть во внутренний мир
героев и такие приемы, как письма, дневники.
Читая их, мы как бы находимся наедине с
героем, а проникновение в святая святых, в
личные дневники и вовсе не оставляет причин
сомневаться в искренности персонажей. И все
же для такого художника, как Ф” М.
Достоевский, этого не достаточно, посему он
вводит в свои произведения целый ряд новых
литературных приемов извлечения на свет
бессознательного. Его герои постоянно
находятся в состоянии глубочайшего
морального потрясения, надрыва; не случайно
для произведений Достоевского особенно
характерны сны, бред, истерика и так
называемое состояние аффекта, близкое к
истерике. Речь героев у Ф. М. Достоевского
приобретает новое значение: они не говорят,
а “проговариваются”, или же между героями
происходит напряженная игра словами,
благодаря чему откровения приобретают
двойной смысл, вызывая ряд ассоциаций. И
наконец, постижением самого глубинного
пласта, одним из способов проникновения во
внутренний мир героя является сама
композиция произведения: сближение по
сходству и контрасту отдельных эпизодов,
сцен, дублирование сюжетных ситуаций (на
уровне сюжета или с привлечением вне-фабульных
элементов сюжета, например библейских
легенд, притч и других вставных эпизодов).
Сразу хотелось бы отметить еще одну
особенность произведения Ф. М. Достоевского.
Это адекватность внутреннего состояния
души героев Достоевского окружающему миру.



О функциях
пейзажа сказано много. Хрестоматийным
стало высказывание о том, что пейзаж
раскрывает внутренний мир героя. И. А. Бунин
ставил Ф. М. Достоевскому в вину то, что в
произведениях Достоевского нет пейзажа.
Писатель действительно мало описывает
природу, но в его произведениях “фантастический
реализм” (как он сам называл свой метод)
проявляется в сверхпейзаже, в слиянии
пейзажа мира и пейзажа души. Основной
пейзаж Ф. М. Достоевского — Петербург, его
красоты, а люди, состояние их души адекватны
один другому, все они двойники и антиподы.
Проблему двойничест-ва в романе также
следует выделить среди приемов
проникновения во внутренний мир героя.
Получив ее как бы в наследство от М. Ю.
Лермонтова, Ф. М. Достоевский, скажем так,
поставил двойников на службу идее романа и
сделал их своеобразным способом понимания
одного человека через другого. Такая
система персонажей позволяет толковать
поступки главных действующих лиц через
других героев, причем ни один
из героев не лишний, и все они являются, по
сути, разными гранями души главного героя
Родиона Раскольникова.



Рассмотрим
подробнее старые, известные в литературе до
Ф. М. Достоевского способы проникновения во
внутренний мир человека, обратив особое
внимание на новаторство писателя.
Необыкновенно интересны портреты у
Достоевского, они совсем не похожи на своих
литературных предшественников, и в то же
время портрет у Достоевского выполняет
свою неизменную функцию: рассказывает о
человеке как можно больше. Портреты у Ф. М.
Достоевского одновременно схематичны и
символичны, они молниеносно выхватывают
главные детали. В портрете Раскольникова
нет ничего особенного, он красив, хорошо
сложен, высок, “с прекрасными темными
глазами”. Но при всей его схематичности
имеются яркие, выделяющиеся детали: одежда-рубище,
“слишком приметная шляпа” (как терновый
венец) — создают чуть ли не образ Христа,
восходящего на Голгофу. Красив и
Свидригайлов, но его лицо — это маска, губы
слишком алы для его возраста, глаза слишком
ярки. Такая красота завораживает,
Свидригайлов — это дьявол. Соня — полная его противоположность. Маленькая,
худенькая, в шляпе с пером.
Это образ ангела с голубыми глазами и
перьями, то есть крыльями за спиной. Она
похожа на pej бенка,
да и все любимые герои Достоевского похожи
на детей (Лизавета, Соня). Дети, по
Достоевскому, — Христов образ, в Библии
сказано: “Будьте как дети”. То есть будьте
негреховными существами. В душе таких людей,
как Соня, нет зла и греха, они несут в себе
добро и не могут лгать. Их можно, конечно,
считать резонерами, но это прежде всего
герои Федора Достоевского. Раскольников-теоретик
ничего не может ответить на отнюдь не
софистские, но тем не менее точные и верные
рассуждения Сони.
Речь героев
Ф.