Замечательный роман М. Е. Салтыкова-Щедрина “Господа Головлевы” стоит в ряду лучших произведений русских писателей, таких, как Гоголь, Гончаров, Тургенев, изображавших жизнь дворянства. В романе с огромной обличительной силой раскрыты все пороки общества, порожденные в России господством помещиков. В своем суровом приговоре крепостничеству Салтыков-Щедрин разоблачил развращающее влияние собственности и паразитизма на человеческий характер, показал неизбежность нравственного и физического разрушения паразитической личности.
Писатель изобразил историю морального опошления и вымирания семейства помещиков Головлевых. Оно является собирательным художественным образом, в котором автор обобщил все типичные черты быта, нравов, психологии помещиков накануне отмены крепостного права и после нее.
Читая роман, испытываешь чувство омерзения к этим паразитам. Члены семьи постоянно враждуют между собой, постоянно ругаются из-за наследства. Слова “балбес, изверг, мерзавец, подлец, негодяй” были обычными в этом семействе. В чем же дело? Может быть, их жизнь полна тягот и лишений, поэтому они так ожесточились? Ничуть не бывало. Дом — полная чаша.
Арина Петровна — глава семейства, всю свою жизнь положившая на округление владений. Эта властная женщина в течение длительного времени единолично управляла обширным имением и благодаря своей энергии сумела удесятерить свое состояние. Страсть к накоплению взяли в Арине Петровне верх над материнскими чувствами. Например, ее реакцию на смерть дочери Салтыков-Щедрин показывает как чувство недовольства прежде всего тем, что покойница оставила ей “своих двух щенков”. Таково отношение Арины Петровны к собственной дочери и внучкам. Не лучше она относится и к сыновьям, поощряя их к лицемерию, наушничанью ради “лучшего куска на блюде”.
Дети разделялись на “любимчиков” и “постылых”. Меняя любимчиков и развращая их таким отношением, мать заглушала их естественное чувство любви к родителям. Физическое наказание детей было обычным явлением в этой семье. И все это делалось ради семейного благополучия, то есть для блага этих же детей, которых Арина Петровна изуродовала своим воспитанием.
Совершенно забит и ушел в себя “Пашка-тихоня”, прожил купленный ему матерью дом в Москве и влачит жалкое существование “Степка-балбес, постылый сын”; “на кислом молоке и попорченной солонине” вос- питываются сиротки внучки. Таковы предварительные итоги помещичьего воспитания.
От главы к главе рисует Салтыков-Щедрин картины тирании, нравственного увечья, следующих одна за другой смертей членов головлевского семейства. Запертый в душной и грязной комнате, лишенный даже одежды и еды, спился о одиночестве Степка-балбес. Умер Павел, имением которого тотчас завладел Иудушка Головлев. Трагически сложилась жизнь наследников Арины: изуродованное детство и юность толкнули их на путь разврата и гибели. В конце жизни перед Ариной Петровной предстают итоги ее деятельности, которая была подчинена бессердечному стяжательству и формированию “извергов”.
Самый страшный из них — Порфирий, еще в детстве прозванный в семье Иудушкой. Деспотическая обстановка в семье привела к тому, что Порфиша научился прикидываться ласковым сынком, заискивал перед матерью, лебезил, показывал, что он — “весь послушание и преданность”. Притворная почтительность как способ получения лучшего куска или избежания наказания — это способ, который, все более развиваясь в дальнейшем, сделал Иудушку лицемером. Черты стяжательства развились в нем до предела. Он стал владельцем Головлева, овладел имением брата Павла, прибрал к рукам все капиталы матери, обрек эту когда-то грозную и властную хозяйку головлевской семьи на одиночество и прозябание и сам сделался властелином всех головлевских богатств.
Писатель неоднократно повторяет сравнение Иудушки с пауком, сосущим кровь своих жертв. Иудушка — садист, он находит в страданиях других наслаждение. Его нравственное оскудение так велико, что без малейшего содрогания, прикрывая ласковыми речами свое истинное “я”, Иудушка обрекает на гибель поочередно каждого из троих своих сыновей — Владимира, Петра и младенца Володьку.
Иудушка — пустослов. Он “зудил, надоедал, тиранил” своими речами окружающих. Он может словами, как говорит о нем один крестьянин, “сгноить человека”.
Но запас его слов определяется запросами паука-помещика и поэтому крайне беден. По определению Салтыкова-Щедрина, Иудушка не просто говорит, а источает “массы словесного гноя”. Свои злодейства Иудушка совершает как самые обычные дела, “потихонечку да полегонечку”, а что самое ужасное — “по закону”. Так писатель показывал защищенность Иудушки-кровопийца законами власти и религии. Ведь он с большим искусством пользовался такими прописными истинами, как почитание семьи, религии и закона. И хотя все считают его кровопийцей, и с полным на то правом, он может возразить тем, что юридически все им соблюдается правильно.
Писатель показал в лице Иудушки человека ничтожного, скудоумного, никчемного. И вместе с тем это олицетворение ничтожества держит в подчинении и страхе окружающих, доводит их до гибели, и происходит это потому, что ничтожество Иудушки и ему подобных опирается на крепостническую мораль и закон. Своим произведением писатель-сатирик вынес смертный приговор исторически обреченному классу помещиков-крепостников.