Для понимания человека у Достоевского очень важную роль играют речевые характеристики персонажей. Каждый персонаж выделяется своей манерой говорить. Что же узнаем мы о герое Достоевского посредством речевой характеристики? Проследить это попробую на “Преступлении и наказании”.
Речевая характеристика персонажей складывается из двух аспектов. Во-первых, из пояснений, которые даются самим автором сразу же после прямой речи и в которых речь персонажей характеризуется автором прежде всего с эмоциональной стороны. Например: “Э, черта еще этого недоставало,, — бормотал он, скрипя зубами, — нет, это мне теперь... некстати... Дура она, — прибавил он громко”. Или Раскольников “проговорил нехотя и сурово”. Или: “Это правда”, — процедил Зосимов. “Врешь ты, деловитости нет”, — вцепился Разуми-хин”. Во-вторых, это собственно прямая речь: построение фраз, использование стилистически окрашенных слов, восклицания, междометия, повторы, типы обращений, использование различных частиц (типа -с: “Да, нумера-с”, -то: “Алена-то Ивановна”, -тко: “Приходите-тко” и т. д.).
В романе “Преступление и наказание” диалоги занимают центральное место. Именно в диалогах раскрываются характеры героев, их душевное состояние и мысли.
Важно то, что Достоевский высказывает свои мысли, свои идеи не через авторскую речь, а через речь своих героев. Он как бы проверяет истинность этих идей, заставляя своих героев вести “словесные поединки”. Ведь роман Достоевского — это роман идей, и каждый герой является носителем определенной идеи, воплощением определенной темы.
Основная тема романа, как мне кажется, — борьба добра и зла. В диалогах Раскольникова с Свидригайловым проходит основное развитие идейной линии романа. Наиболее отчетливо идейная борьба проявляется в разговорах Порфирия Петровича и Раскольникова. Именно в речевой характеристике проявляется идея Порфирия и Раскольникова.
С Порфирием Петровичем Раскольников старается расчетливо и точно играть, но Порфирий, пожалуй, единственный персонаж романа, который до конца понимает Раскольникова. Порфирий пытается свести Раскольникова к его идеям. Достоевский три раза сталкивает Раскольникова и Порфирия. В первом диалоге происходит столкновение идей. Раскольников и Порфирий как бы изучают друг друга. Порфирий начинает понимать, что Раскольников близок ему, и пытается вызвать Раскольникова на откровенность, в то время как Раскольни- ков, чувствуя, что Порфирий способен проникнуть в его тайну, стремится всеми силами “закрыться” и не дать Порфирию проникнуть в его идейный мир. Посмотрим, как это выражается в их речи.
Автор, характеризуя речь Порфирия Петровича, употребляет такие выражения, как: говорит “с умишкой”, “смеясь”, “спокойно”. Это говорит о том, что Порфирий чувствует некоторое превосходство по отношению к Раскольникову, он внутренне спокоен, уравновешен и методично изучает своего собеседника. Эти характеристики автора подчеркиваются самим построением речи Порфирия: она в основном правильная, плавная. В то же время нельзя сказать, что она эмоционально не время нельзя сказать, что она эмоционально нейтральная. В ней достаточно много восклицаний. Иногда даже она прерывается:
“— Да зачем же стулья-то ломать, господа, казне ведь убыток! — весело закричал Порфирий Петрович”.
“— Пожалуйте-е, напротив, на-а-против! если бы вы знали, как вы меня интересуете! Любопытно и смотреть и слушать... и ”, признаюсь, так рад, что вы изволили наконец пожаловать...”
Однако эмоциональность речи Порфирия какая-то наигранная. Он говорит подчеркнуто весело, раскованно, а на самом деле напряженно изучает Раскольникова. Своей веселостью он пытается, как мне кажется, усыпить бдительность Раскольникова и подтолкнуть его к непроизвольной откровенности. Его речь полна намеков, он как бы поддразнивает Раскольникова, пытаясь вывести его из равновесия.
“— И неужели в совершенном бреду? Скажите пожалуйста, — с каким-то особым жестом покачал головой Порфирий”..
Иначе построена речь Раскольникова. Первое, что бросается в глаза, — это оценка Раскольниковым своих слов и слов собеседника. Почти все его высказывания, а также многие высказывания Порфирия сопровождаются внутренними репликами, в которых Раскольников как бы оценивает каждый отдельный шаг, отдельный этап беседы и прикидывает, как ему вести себя дальше.
“Хорошо ли? Натурально ли? Не преувеличение ли? — причитал про себя Раскольников”. Или: “Знает! — промелькнуло в нем как молния”. “Глупо! Слабо! Зачем я это прибавил!”
Эти внутренние реплики подчеркивают напряжение Раскольникова, его страх перед Порфирием. Внешняя речь также довольно напряженна и натянута. Раскольников не принимает веселый тон беседы, предложенный Порфирием. Он отвечает ему сдержанно, опасаясь произнести лишнее слово, иногда — видимо, когда напряжение достигает высшего предела, — Раскольников пытается его скрыть развязной речью.
“— Надоели они мне еще вчера, — обратился вдруг Раскольников к Порфирию с нахально вызывающей усмешкой...” Об огромном внутреннем напряжении свидетельствует неловкость речи Раскольникова: “— Как это вы так заметливы?.. — неловко усмехнулся было Раскольников...”
Борьба за идею, начавшаяся при первой встрече, продолжалась во второй встрече и завершилась в третьей признанием Раскольникова, то есть победой над ним Порфирия.
В последней встрече Порфирий снимает маску, в которой играл с Раскольниковым в предыдущих беседах. Он предлагает Раскольникову откровенный и серьезный разговор.
“— Я рассудил, что нам по откровенности теперь действовать лучше, •— продолжал Порфирий Петрович, немного откинув голову и опустив глаза, как бы не желая более смущать своим взглядом свою прежнюю жертву и как бы пренебрегая своими прежними приемами и уловками, — да-а, такие подозрения и такие сцены продолжаться долго не могут”.
Это находит отражение и в речи Порфирия. Она становится более сбивчивой и прерывистой, это подчеркивает искренность его слов. Раскольников в начале встречи продолжает все так же оценивать ход борьбы, мы видим все те же внутренние реплики, он говорит как бы с оглядкой, но, поняв, что Порфирий все знает, Раскольников замолкает, и их диалог превращается в монолог Порфирия, который лишь изредка прерывается репликами Раскольникова, показывая его реакцию на услышанное.