Всё творчество Максима горького — это художественное исследование. Мне интересен этот писатель, потому что его произведения подчинены поиску идеала: человека, с которым связаны нравственно-философские категории правды, свободы и самопожертвования. Много раздумий об этом у меня вызвала пьеса Максима Горького «На дне». Мне хотелось бы обратиться к этому произведению, чтобы поговорить о честности, гордости и гуманизме.

Название пьесы «На дне» очень символично. Дно — это мир отверженных, картина кладбища, где заживо похоронены ценные по своим задаткам люди. Персонажи пьесы — «выломившиеся» из жизни, лишённые бунтарства ночлежники. Их настоящее ужасно, будущего нет. Для большинства из них существует только прошлое: у Барона — это обеспеченная жизнь, у Актёра — творческая работа. Но как говорит бывший телеграфист, а теперь шулер Сатин, «в карете прошлого никуда не уедешь». Так и живут они, говоря одновременно и не слушая друг друга, бранясь и устраивая пьяные драки. Интересно, что все персонажи — люди из разных слоёв общества, но у всех одна участь — им не подняться «со дна» жизни, на котором они оказались. Сейчас они настолько разъединены, что не могут решить, кому мести пол.

Эти мрачные картины, воспроизведённые в пьесе, заключают в себе большой взрывчатый заряд. Я читала произведение, и внутри меня зарождалось ощущение, что всё нужно менять. Становится, поистине, жаль этих людей. Мы видим ум Сатина, душевную чистоту Наташи, трудолюбие Клеща, который хочет вернуться к нормальной жизни посредством упорного труда.

Но вот в ночлежке Костылёва появляется Лука. Он — странник, умудрённый опытом и много повидавший в жизни. Он выступает как утешитель, желающий ободрить другого. Позиция Луки заключается в том, что каждый человек достоин жалости, поэтому он щедро одаряет ею ночлежников. Своей любовью к людям, желанием помочь им он возрождает у людей надежду на спасение.

Спившемуся актёру Лука внушает веру в излечение в бесплатной лечебнице для алкоголиков, хотя знает, что такой лечебницы нет.

Всё это утешительная ложь, которая лишь на время может успокоить человека, приглушив тяжёлую реальность. Я бы могла назвать Луку апостолом иллюзий, лжи, примиряющей с безрадостным существованием. В его речах содержится немало убедительных суждений. Например, он говорит: «Кто крепко хочет — найдёт», «человек должен уважать себя». После ухода Луки ночлежники вспоминают о нём с теплотой, хотя некоторые понимают, что он для многих был «как мякиш для беззубых», «как пластырь для нарывов».

Луке с его утешительными речами противопоставлен философствующий Сатин. Позиция Сатина мне гораздо ближе, чем размышления Луки, и самые интересные страницы пьесы, на мой взгляд, — монолог Сатина в четвёртом акте. Здесь правда о свободном Человеке, к которой приходит герой: «Надо уважать человека! Не жалеть… не унижать его жалостью…». Эти слова были произнесены бывшим телеграфистом в минуту душевного подъёма, они освещают новым светом его личность. Это протест против строя,угнетающего человека, против смирения и угнетающего человека, против смирения и утешительного страдания. Герой считает, что каждая личность должна развиваться свободно, независимо ни от кого. Он говорит, что вся правда заключается в самом человеке, и только он сам может выбрать себе дорогу.

И я вновь задаюсь вопросом: так нужна ли жалость? Ведь в других высказываниях Сатина сквозит бесчеловечность: «Убийство в драке — пустяки. Это недорогого стоит», «Пускай кричат, разбивают себе головы… пускай!» Я думаю, что жалость нам иногда просто необходима как одно из проявлений сострадания. Заручившись девизом «Жалость унижает» мы порой непростительно позволяем себе не проявлять и сострадания. Теория Сатин, по-моему, тоже крайность. Может ли человечество идти по такому пути? Конечно, нет! Вопрос о том, каким же ему надо быть, чрезвычайно важен.

И ни один из них человечество устроить не может. А есть ли третий путь? Должен быть. Я заметила, что в обеих совершенно противоречивых теориях Лука и Сатин сходятся в одном: надо относиться к человеку уважительно. Может, это и есть выход, спасение?.. Как не провести здесь параллель между сегодняшним днём и горьковским «дном»? Ведь так много в нашей стране людей, ставших жертвами существующего мира, где правят власть и деньги, где начали процветать уродливые законы «волчьей морали». А истина лежит где-то между двумя крайностями: религией и теорией «сверхчеловека». Я думаю, что наше теперешнее состояние — результат того, что мы слишком быстро забываем уроки истории и литературы.

Пьеса Горького «На дне» заставила меня задуматься о судьбе человечества и пробудила чувства, которые в последнее время считаются почти потерянными — сострадание и милосердие. Хочется говорить не о милосердии Луки (пожалел — и в сторону), а об истинном чувстве, сочетающемся с желанием сделать что-нибудь для людей. Нам нужно учиться поступать так, чтобы были видны плоды нашей поддержки, помощи. Сострадание нужно сегодня человечеству — справедливое и действенное.