(по лирике С. Есенина) (2)


Прочитав те стихи Сергея Есенина, которые дает школьная программа, я взял томик в библиотеке и был поражен, насколько близок и понятен мне этот поэт. Я никогда не жил в деревне, не знаю сельского быта, люблю свой город и его скорости. Но Есенин дал мне почувствовать, что у меня есть корни, и эти корни где-то там, где люди близки к земле и природе.

Не могу согласиться с тем, что Сергей Есенин — «последний поэт деревни». Мы читали в школе Некрасова, Кольцова, слышали песни на стихи поэта Никитина, которые считают народными. Все они писали о деревне и о природе. Но эти поэты знали деревню только как гости. Они были помещиками, хозяевами, поэтому даже искренний интерес к крестьянской жизни и сочувствие к ней не дают им возможности понять эту жизнь изнутри. А Сергей Есенин — настоящий сын бедной российской деревни, знавший не с чужих слов и не вприглядку ее нищету, труд, горе, особенные радости, слившийся с ее бытом и ритмом жизни. Мне кажется, было бы точнее назвать Есенина первым настоящим поэтом деревни.


Заглушила засуха засевки,

Сохнет рожь, и не всходят овсы.

На молебен с хоругвями девки

Потащились в комлях полосы...


Так не писали поэты-помещики. В стихах нет надрыва, «социальной заостренности». В них взгляд крестьянина, знающего тяжелый труд без гарантии успеха. Обреченная покорность русского мужика, вздыхающего: «Бог дал — Бог взял», и нет надежды на молитву. Крестьяне молятся по обычаю, потому что так положено, нужно себе сказать, что вот, сделали все, что могли:


Скинув шапки, молясь и вздыхая,

Говорили промеж мужики:

«Колосилась-то ярь неплохая,

Да сгубили сухие деньки».


Много слов, характерных для рязанского говора, но они не кажутся искусственно введенными в стихи. Они привычны для поэта. Так говорят на его родине, так говорил и он с детства.

Но в стихах Есенина не только тяжесть крестьянского труда. В них приволье сельских праздников, гуляний, детская радость ночного, смех, песни, голоса птиц. Стихи полны красок и запахов:


Выткался на озере алый свет зари,

На бору со звонами плачут глухари...


Золотой, алый, синий, зеленый — все цвета круговорота природы, ее цветения и увядания включает поэт в свою палитру.


Полыхают зори, курятся туманы,

Над резным окошком занавес багряный.

Вьются паутины с золотой повети...


Радостно включается поэт в размеренную, годами повторяющуюся череду сельских праздников и будней. Вместе со всеми он пойдет в церковь, будет косить траву, выйдет на гулянье:


Троицыно утро, утренний канон.

В роще по березкам белый перезвон.

Тянется деревня с праздничного сна,

В благовесте ветра хмельная весна.

На резных окошках ленты и кусты.

Я пойду к обедне плакать на цветы...


Мне было непонятно, почему нужно плакать на цветы. Оказывается, это очень древний обряд, еще языческий. Чтобы дождь напоил посевы и был урожай, на празднике весны, который после принятия христианства совпал с «зеленой Троицей», нужно было собрать немного полевыло собрать немного полевых цветов, принести их в церковь и обязательно уронить на них несколько слезинок. Чем больше слез, тем больше дождей. Поэтичный и красивый обряд поэт вспоминает не как что-то экзотическое, как обычную деталь своей повседневной жизни. Становится понятно, что он действительно знает деревенский быт, любит его.

Земля дала поэзии Есенина краски, образы, народную мудрость, взгляд на жизнь, добро и зло. Он болел народом, село было для него и родиной, и детством, и надеждой на будущее. Есенин не из газет и учебников знал, что крестьянство — это 95 % населения России. Его счастье должно было стать счастьем родины. Поэтому он принял революцию с восторгом. Для него катастрофические события были очищающим всемирным потопом, после которого должна была настать новая счастливая жизнь в голубиной стране народных легенд. Но радость была недолгой. Есенина не обманули лозунги, он видел, как разрушается деревня, уничтожается быт, весь уклад жизни, как вместо счастья и богатства по селам идут нищета, голод и смерть. Он проклинал город, который

...в схватке жестокой

Окрестил нас как падаль и мразь.


Псевдоинтеллигентская брезгливость, возмущение по поводу «непоэтичности», «низких понятий» в стихах вызывала у Есенина несвойственную ему злость. Сколько яда в строках:


Не нравится?

Да, вы правы —

Привычка к Лориган и розам...

Но этот хлеб,

Что жрете вы, —

Ведь мы его того-с...

Навозом...


Очень сильное впечатление произвело на меня стихотворение «Жеребенок». Сам Есенин писал, что «конь стальной победил коня живого, и этот маленький жеребенок был для меня наглядным дорогим вымирающим образом деревни...». Там, где все видели победу цивилизации и техники, Есенин увидел гибель огромного пласта культуры. В победном шествии социализма умный и тонко чувствующий поэт провидел «умерщвление личности как живого». Мы пережили страшные последствия этого убийства личности, когда ценность человеческой индивидуальности свелась к нулю. И стихи Есенина возвращают нас к простому и сильному чувству любви к каждому отдельному человеку, будь он поэтом или пахарем, любви к родине, даже если она грязна и бедна, и над ней смеются богатые и сытые соседи:


Я люблю родину.

Я очень люблю родину!

Хоть есть в ней грусти ивовая ржавь.


Приятны мне свиней запачканные морды

И в тишине ночной звенящий голос жаб.


Никаких красивостей нет в этих строчках, но они действительно полны любви. И почти через столетие мы чувствуем удушье от того, что


...сдавили за шею деревню Каменные руки шоссе.


Сергей Есенин открыл для меня тот мир, которого я совсем не знал. Не могу сказать, что я все понял, но знаю, что полюбил его и хочу как можно ближе узнать, понять и сберечь.