Идея романа «Преступление и наказание» зародилась в эпоху больших перемен, когда в обществе произошёл социальный перелом и возникли новые мировоззрения. Многие люди оказались перед выбором: новая ситуация требовала существенных изменений в духовных ориентирах, так как героем времени становился человек деловой, а не духовно богатый.

Главный герой романа, бывший студент Родион Раскольников, находится в поиске ответа на философско-нравственный вопрос о свободе личности, о ее «суверенности» и, в то же время, о внутренних границах этой свободы. Движущей силой поиска становится взращённая им идея о сильной личности, обладающей правом вершить историю по своему усмотрению.

Идея Раскольникова вырастает из глубины исторического разочарования, пережитого молодым поколением после крушения революционной ситуации 60-х годов, на почве кризиса утопических теорий. Его яростный бунт одновременно и наследует силу социального отрицания шестидесятников, и отпадает от их движения в своем сосредоточенном индивидуализме.

К Раскольникову сходятся все нити повествования. Все окружающее (горе, беды и несправедливости) он впитывает в себя: именно в этом смысл первой части «Преступления и наказания». Мы видим, как человеческие трагедии, крушения – и совсем дальние (девочка на бульваре), и такие, которые серьезно входят в его жизнь (семья Мармеладовых), и самые близкие ему (история Дуни) – заряжают героя протестом, переполняют решимостью. Это происходит с ним не только сейчас: способность вобрать в свою душу боль другого существа, ощутить ее как собственное живое горе Достоевский открывает в герое с детства (знаменитый потрясающий каждого читателя сон Раскольникова о забитой лошади). Всей первой частью романа писатель ясно дает понять: для Раскольникова проблема не в поправлении собственных «крайних» обстоятельств.

Конечно, Раскольников не из множества тех, кто способен «потянуть свое кое-как куда следует».

Для Раскольникова послушно принять судьбу, как она есть, значит отказаться от всякого права действовать, жить и любить.

В главном герое нет той эгоцентрической сосредоточенности, которая целиком образует в романе личность Лужина. Раскольников – натура из тех, которые в первую очередь не берут от окружающих, а дают им. Чтобы чувствовать себя сильным человеком, он должен ощущать, что кто-то нуждается в нем, ждет его защиты, что ему есть кому отдать себя (вспомним прилив счастья, который испытал он после благодарности Полечки). В Раскольникове есть эта способность нести огонь другим. Однако он готов это делать и не спрашивая – диктаторски, против воли другого человека. Энергия добра готова перейти у него в своеволие, «насилие добра».

В романе не раз возникает речь о том, что, преступление есть протест против ненормальности социального устройства – и только, и ничего больше. Эта идея слегка затронула и Раскольникова: недаром он «рассеянно» отвечает Разумихину, что вопрос о преступлении – «обыкновенный социальный вопрос», а еще раньше на том же основании успокаивает себя тем, «что задуманное им – не преступокаивает себя тем, «что задуманное им – не преступление...». И разговор в трактире, подслушанный им (мнение студента), развивает ту же мысль: устранить вошь, подобную Алене Ивановне, не преступление, а как бы поправка неправильного современного хода вещей.

Но эта возможность переложить ответственность на внешний «закон обстоятельств» приходит в противоречие с требованием гордой индивидуальной самостоятельности. Раскольникова в общем не прячется в эту лазейку, не принимает оправдания своего поступка общей социальной ненормальностью, поставившей его в безвыходное наложение. Он понимает, что за все содеянное он должен отвечать сам – пролитую им кровь «взять на себя».

У преступления Раскольникова не один мотив, а сложный клубок мотивов.
Но не только. Глубинная причина преступления Раскольникова, конечно, «разлаженный», «вывихнутый» век.

В краткой и жесткой схеме заданные условия эксперимента Родиона Романовича Раскольникова – положение, что в мире абсолютного зла, царящего вокруг, действует толпа, стадо неразумной «дрожащей твари (как виновников, так и жертв этого зла), которая покорно влачит иго любых законов. И есть (единицами на миллионы) вершители жизни, гении, которые законы устанавливают: время от времени ниспровергают прежние и диктуют человечеству другие. Они-то и являются героями своего времени. (На роль такого героя, конечно, с тайной мучительной надеждой и претендует сам Раскольников.) Круг заведенной жизни гений прорывает напором личного самоутверждения, которое основано на освобождении себя не от одних негодных норм социального общежития, а от тяжести норм, совокупно принятых на себя людьми, вообще: «если ему надо, для своей идеи, перешагнуть хотя бы и через труп, через кровь, то он внутри себя, по совести, может дать себе разрешение перешагнуть через кровь.» Экспериментальным материалом для Раскольникова служит его собственная жизнь и личность.

В сущности, трудоемкому процессу отделения добра от зла – процессу, который человек не только познает, но и переживает всю жизнь и всей своей жизнью, а не одним рассудком, - герой предпочитает энергичное «одноактное» решение: встать по ту сторону добра и зла. Совершая это действие, он (следуя своей теории) намерен выяснить, принадлежит ли он лично к высшему человеческому разряду.

Как же выдерживает эксперимент Раскольникова его натура, его личность? Первая реакция его на совершенное уже убийство – это реакция натуры, сердца, реакция нравственно истинная.

Очень важен в этом смысле большой, многозначный эпизод на мосту, где Раскольников получает сперва удар кнутом, затем милостыню и оказывается (единственный раз в романе) лицом к лицу с «великолепной панорамой» столицы. Убийство поставило его не только против официального закона, уголовного кодекса, имеющего параграфы и пункты, но и против другого, более глубокого неписаного закона человеческого общества.

В свое преступление Раскольников уходит один; вернуться к жизни он может только вместе с другими, благодаря им. «Воскресение» Раскольникова в эпилоге – итог человеческого взаимодействия едва ли не всех героев романа.