Известно, что, работая над романом "Преступление и наказание", Ф.М. Достоевский не сразу определил внутренние движущие силы личности Раскольникова. В соответствии с первоначальным замыслом, как свидетельствует сам автор в письме к Каткову, мотивы преступления Раскольникова вполне определенны: убить одно ничтожное, вредное существо с целью осчастливить на его деньги обездоленных, в круг которых входят и родные героя. Во второй редакции романа идея убийства как прямого способа перераспределить материальные блага в пользу обездоленных разрастается до идеи убийства ради обретения ощущения власти над людьми: это ощущение власти, силы необходимо Раскольникову, чтобы совершать добрые дела. В процессе дальнейшей работы над романом Достоевский трансформирует идею убийства ради власти, необходимой для добрых дел, в идею убийства ради достижения превосходства над людьми. Но при этом не отказывается и от первоначальной трактовки героя как заблуждающегося доброго сердца.

Таким образом, в личности главного героя романа "Преступление и наказание" выведены две прямо противоположные идеи: идея любви к людям (пусть и в несколько странной трактовке героя), и идея безграничного презрения к людям - идея Наполеона. Как справедливо замечает Разумихин, в Раскольникове "два противоположных характера поочередно сменяются". Противоборство двух составляющих личности Раскольникова и является той пружиной, которая определяет развитие сюжетной интриги произведения.

В правильности такого прочтения романа убеждает анализируемый эпизод.

В начале эпизода видим описание двух пространственных ориентиров: кабака и церкви. Кабак, "всегда производивший... пренеприятнейшее впечатление и даже страх". Церковь, "которую он любил", со старинными образами, большею частью без окладов, со старым священником с дрожащею головой.

Очевидно: в сознании семилетнего героя сна эти пространственные ориентиры противопоставлены друг другу.

Интересно, что Раскольников вспоминает кабак как место, наполненное отвратительными звуками: хохотом, руганью, безобразным и сиплым пением; посетители кабака - "толпа", "пьяные рожи". Церковь, напротив, ассоциируется с чем-то безмолвным, величественным; в связи с ней вспоминаются конкретные дорогие, близкие люди: бабушка, маленький брат. Церковь и кабак - это своеобразные символы, олицетворяющие два противоположные начала: духовное, христианское начало и начало порочное, злое, темное ("Возле кабака дорога... и пыль на ней всегда такая черная").
Центральной в анализируемом эпизоде является сцена бессмысленного убийства лошади ("кобыленки"; сравним: "старушонки"), свидетелем которой стал Раскольников-мальчик во сне. Обращает на себя внимание возраст героя сна - семь лет. Известно, что числа играют в романе Достоевского исключительно важную роль. Число 7 в теологии - истинно святое число, т.к. оно соединяет числа 3 (божественное совершенство) и 4 (мировой порядок). Указывая на возраст героя, Достоевский тем самым дает читателю сигнал об истинности его взгляда на мир, о гармоничности системы ценностей: они совпадают с христианским мировоззрением самого автора. Совершенно очевидно, что Раскольников-мальчик противопоставлен Миколке, убившему лошадь. Противопоставление двух пространственных ориентиров-символов оттеняется в эпизоде не менее очевидным противопоставлением двух героев, являющихся носителями праведного и неправедного жизненных начал.

Обратим внимание на цветовые сигналы в центральной сцене эпизода. Рисуя портрет Миколки, автор не случайно использует определение "красный". Мы знаем, что роман "Преступление и наказание" построен с использованием преимущественно двух цветов: желтого и красного. Если желтый цвет усиливает атмосферу нездоровья, надрыва, расстройства, болезненности, окружающую героев, - то красный ассоциируется с кровью, с преступлением. Появление красного цвета в описании внешности Миколки - это знак, указывающий на то, что реальный Раскольников и Миколка из сна - персонажи одного плана, они связаны кровью. Дальнейшее развитие действия подтверждает такое предположение: первая мысль Раскольникова после сна, - мысль о крови: "...да неужели ж я... буду скользить в липкой, теплой крови... прятаться, весь залитый кровью..."
Эпизод сна дан в своеобразном обрамлении двух внутренних монологов героя. В первом Раскольников уже принял решение об убийстве: "Я к нему... на другой день после того пойду, когда уже то будет кончено". Второй внутренний монолог героя иллюстрирует решительный отказ от идеи убийства: "Господи!.. покажи мне путь мой, а я отрекаюсь от этой проклятой... мечты моей!" В обоих монологах речь героя прерывиста, психологически неустойчива, в ней много пауз, что свидетельствует о глубоком внутреннем конфликте. Противопоставление двух полярных решений героя совершенно очевидно перекликается с противопоставлением двух пространственных ориентиров в самом эпизоде сна (кабак - церковь), с противопоставлением образов Раскольникова-мальчика и Раскольникова-убийцы.

Такая концентрация противопоставлений, разумеется, не случайна, с ее помощью автор задает своеобразную систему координат, в рамках которой будет разворачиваться противоборство двух начал в личности Раскольникова. Это противоборство автор покажет затем во многих эпизодах романа.

На мой взгляд, в анализируемом эпизоде достаточно определенно выражено отношение автора романа к Раскольникову как к герою, сущность личности которого определяет все же начало праведное, христианское, тогда как увлечение страшной идеей неограниченной власти над людьми, над их жизнями - это наносное, пришедшее извне, временное. Показательны в этом плане два описания состояния героя: до сна и после. До сна Раскольников, поглощенный мыслями о принятом решении убить, как будто не принадлежит себе, не отдает себе отчета в своих действиях: пышные коляски он провожал "с любопытством глазами и забывал о них прежде, чем они скрывались из глаз"; вытащив из кармана деньги, Раскольников "скоро забыл.